Рак. Она любила свою болезнь.

9 июня 2021 года в больничной палате умерла Татиана. Она любила свою болезнь. «Если бы ни рак, — говорила Таня, — я никогда бы не узнала, что небо пронзительно синее, люди такие добрые; я никогда бы не узнала, как жертвенно умеют любить мои близкие».

Когда Таня услышала свой диагноз, её первая реакция была шоковой. Казалось, что смерть близко-близко. Отчаяние загоняло в угол. Надежда была только на врачей. Операции, облучения, химиотерапия… На какое-то время ей даже показалось, что болезнь удалось победить.

Небо синее

Выписка. Путь домой. И вдруг из окна автомобиля за редкими облаками Таня увидела Борогодицу. Не поверив своим глазам, отвернулась. Сколько ни пыталась она избавиться от навязчивого видения, Богородица продолжала сопровождать ее в пути.

Стало не по себе. О том, что Бог есть Таня догадывалась, но ходить в храм, учиться жить по заповедям, в ее планы не входило. Взгляд Богородицы с небес, пронизывающий насквозь, перепугал настолько, что вместо дома Таня отправилась в храм. Богородица сопровождала ее до дверей.

Помолилась, как сумела. Беспокойство и смущение отступили. Всякий страх, даже страх смерти. На смену пришел покой, умиротворение. Таня испытала такое счастье, какого не случалось с ней прежде. Казалось, что сейчас она любит всё и всех вокруг.

В этом новом для себя состоянии Таня вышла из храма и сразу посмотрела в небо. Богородицы не было, впрочем, как и облачков. Таня увидела бесконечное синее небо и, впервые в жизни, восхитилась его величием. Завораживало всё: пение птиц, различие рисунков кроны на стволах деревьев, детский смех, игривые солнечные лучи. Удивительно красивыми казались все люди на планете!

В храм стало тянуть постоянно. Здесь она чувствовала те любовь и утешение, которых нет больше нигде в мире. Так начался ее путь к Богу…

«Слава Богу за всё»

Я знаю, что время — вор, оно стащит многие мои воспоминания. Как же мне хочется сохранить в памяти всё, что связано с этим светлым человеком — Таней!

Помню нашу первую встречу. Мы с кумом вышли из храма, стояли у ворот и никак не могли разойтись по домам. Не уверена, какой это был месяц, но точно осенний. Год 2018.

— Здравствуйте! Вы простите меня за беспокойство, — сказала бледная, полноватая женщина лет пятидесяти пяти. — Мне так хочется подарить Вам эту брошюрку! Здесь такие слова! «Вся природа послушна Богу, а человек — нет», возьмите, вот полистайте, прошу!

Она протянула мне дрожащей рукой акафист «Слава Богу за всё».

— А почему именно мне? — растерянно и удивленно спросила я, наспех пролистывая страницы акафиста.

— Я наблюдала за Вами в храме. И мне захотелось с Вами поделиться радостью, которая приходит в сердце, когда читаешь этот акафист. Вы, наверное, в храм недавно ходите?

— Лет восемь.

— Ну, ладно, — как-то нелепо ответила она.- Простите еще раз.

Она развернулась и пошла к машине. Мы с кумом окликнули ее, чтобы спросить имя.

— Ой, да! Простите. Татьяна.

Так и познакомились.

«У тебя не будет рака!»

С Татьяной мы стали часто видеться в храме. Обменяли телефонами. Много общались. Казалось, в моем лице она нашла человека, которому можно выговориться за всю жизнь. О себе я говорила мало. В основном, как могла, старалась утешить Таню, увести наши диалоги в духовное русло.

Так и прошли полгода нашего общения. Тогда-то и у меня возникли сложности со здоровьем. Операция была неизбежна. Биопсия должна была показать мои перспективы.

«У тебя не будет рака!» — уверяла меня Таня. Будем молиться.

Молились многие. Операция прошла превосходно. Слава Богу за всё!

Таня дозвонилась мне в числе первых после операции. Я рассказала о чудесах Божиих, явленых днесь. О том, что операцию делал мне мой земляк — чудесный доктор из Якутии. На этих словах моего повествования Таня зарыдала в трубку. Прервав меня, она спросила:

— Так ты, Мариночка, из Якутии?

— Да, ответила я.

На что Татьяна разрыдалась еще больше.

— Что случилось-то? Таня, Вы там в порядке? — закричала я в трубку и услышала нечто.

Истинная история нашего знакомства

Когда все беды на меня свалились, и я начала ходить в храм, прикипела я к отцу Георгию. Все ему рассказывала! Про рак свой, про лежащую болящую маму, про мужа, который так долго бывает на работе, что я очень часто одна. Батюшка успокаивал, подкреплял, насколько мог.

Из-за всех проблем, которые свалились на меня лавиной и по маловерию, конечно, уныние было моим вторым диагнозом. Иногда оно переходило в отчаяние. Общение со мной тяготило окружающих, я это чувствовала, но справиться с собою не могла.

Однажды на исповеди отец Георгий сказал:

— Унылое Вы моё чадо! Что же мне с Вами делать? Думаю, надо познакомить Вас с позитивным, неунывающим человеком. У нас тут есть такая одна Марина. Она из Якутии. Вот с ней-то я Вас и познакомлю.

Я всё ждала этого знакомства, но, видимо, батюшка совсем забыл о своем намерении. Напоминать мне было неловко. Тогда я стала наблюдать за всеми женщинами в храме. Как только я видела улыбчивую, жизнерадостную женщину, я подходила к ней после службы и спрашивала: «Вы случайно не Марина?». «Нет», отвечали Оли, Кати, Фотинии и все остальные. Пара раз встречались Марины, но и они были не из Якутии…

Вот видишь, Мариночка, какое чудо Божие! Батюшка нас забыл друг дружке представить, а Бог Сам нас познакомил.

Метастазы

Следующие полгода нашего общения сроднили нас. Танина семья заменила мне родню, отошедшую в сторонку. У Тани болели некоторые кости, но в целом самочувствие ее радовало, анализы были хорошими. Словно беды ничто не предвещало.

В тот день я рассказывала ей о приятных событиях в моей жизни: новых знакомствах, новых стихах. Она сорадовалась. А после поделилась своими новостями.

— Я пока семье не говорю… У меня метастазы в печени и даже в костях. Поясничная часть настолько хрупкая, что при неосторожном движении, даже лежа, я могу сломать позвоночник…

Семье сказали. Стали готовиться к госпитализации. А случилось это накануне дня города.

«Люди живут по-разному»

Мой путь домой пролегал через мост над рекой Кубань. Слева от него располагалось отделение онкологии. Таня ни раз здесь лежала. И снова должна была проходить по мукам в этих стенах.

Я смотрела сквозь сумерки в больничные окна. Это стало моей привычкой — смотреть в окна ракового корпуса или за его забор. Здесь была совсем другая жизнь — концентрированная, без суеты, а все же тут, как нигде, ценится каждая минута жизни! Даже обеды в онкологии готовят и подают с трепетом, ведь каждая трапеза может оказаться последней — это мне Таня рассказывала.

Вдруг за моей спиной бахнул салют. В окнах ракового корпуса стали тесниться пациенты. Для кого-то этот салют был последним…

Стихотворение родилось на выдохе. Прибежав домой, я лишь записала его по памяти. Подобное со мной случается редко.

Тане.

Окраина.
Раковый корпус.
А за спиной салют.
Люди живут по-разному.
Разные люди живут.

Вот ты — такая хорошая,
вернешься сюда опять,
чтобы в застенках города
корчиться и блевать.

Прости мне мое безмолвие.
Бессильны любые фразы.
У меня стихи этой осенью,
у тебя — метастазы.

Пустота — она та же химия:
от нее не меньше тошнит.
Как уродливы мы — красивые,
у которых нигде не болит!


Человек-пациент любуется
Из окна на последний салют,

На людей, что снуют по городу
И не думают, чем живут.

Чудо после смерти

Еще я хочу запомнить до конца своих дней странный эпизод. Впрочем, такое вряд ли забудется.

После отпевания, когда батюшка уехал, Танин сват увидел, что в уголке глаза у неё выступила слеза. Будучи циником, я тщательно присматривалась, уверяя себя, что это всего лишь блесточка с Таниного платка. И вдруг увидела, как выступает вторая слезка и сливается с первой. Сомнений не осталось!

Мысленно, я спрашивала Таню, отчего она плачет. Но что я могу услышать своим черствым сердцем?!

Мне хочется верить, что кто-то читает мой дневник…

Если вас тронула эта история, помолитесь о моей Тане, Христа ради:

Упокой, Господи, душу новопреставленной рабы Твоея Татианы и прости ей вся согрешения вольная и невольная, и даруй ей Царствие Небесное.

2 комментария

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *